Моногана вытащили сюда с вечеринки. Он выпил достаточно, чтобы не утратить чувства юмора, хотя вряд ли в происходящем можно было найти что-то смешное. Мертвая девушка на полу, блузка разорвана, юбка задралась, обнажив бедро, в груди — нож. Кулон — золотая цепочка с украшением из ляпис-лазури, — свернувшейся змейкой лежит рядом. Моноган взглянул на медэксперта и загадочно ухмыльнулся. Монро все это время оставался безучастным.

— Она мертва, — сказал медэксперт.

Теперь факт смерти считался установленным.

— Застрелена, верно? — спросил с ухмылкой Моноган.

Врач не потрудился ответить ему. Он щелкнул замками чемоданчика, поднялся на ноги и прошел в гостиную, где Карелла и Мейер пытались добиться от потрясенных родителей ответов на кое-какие вопросы.

— Мы сделаем вскрытие по возможности быстро, — сказал эксперт и пояснил: — Праздники... Пока что можно сказать, что одна зарезана, а другая задушена.

Мейер поблагодарил его.

Карелла молча кивнул.

Он вспомнил, как много лет назад, вставая среди ночи покормить близнецов, он брал одного из кроватки, а другому, лежащему на подушке, помогал свободной рукой, поддерживая бутылочку с соской. При следующем кормлении очередность менялась. Один из близнецов всегда при этом находился у отца на руках.

...Мертвый ребенок в спальне в конце коридора.

— Миссис Холдинг, скажите, пожалуйста, — спросил Мейер, — в котором часу вы вернулись домой?

Гейл Холдинг — блондинка, голубые глаза, двадцать восемь лет, веки подведены в тон зеленому платью, губной помадой не пользуется — непонимающе взглянула на Мейера.

— Извините?..

— В половине третьего, — ответил за нее муж.

Питер Холдинг. Тридцать два года. Шатен, волосы прямые, небрежно падают на лоб. Узел черного галстука слегка съехал набок. Мертвенно-бледное лицо, в глазах — то же потрясение. Они оба выглядят смертельно раненными.